Судьба царицы: как Джинд Каур бежала из британской тюрьмы в одежде служанки
Весной 1849 года из крепости Чунар, недалеко от Варанаси, исчезла женщина, которую британские власти считали одной из самых опасных в Пенджабе. Это была не шпионка и не глава разбойничьей шайки. Ещё несколько лет назад Джинд Каур сидела рядом с троном своего пятилетнего сына и управляла Сикхской империей.
Теперь её держали под надзором вдали от Лахора, отняли драгоценности, лишили влияния и, что было для неё гораздо тяжелее, разлучили с ребёнком. Из крепости она вышла не как махарани.
По одной из наиболее распространённых версий — переодевшись служанкой. В другом пересказе сохранилась деталь о лохмотьях нищенки. Как именно выглядел её костюм в ту ночь, историки спорят, но сам побег сомнений почти не вызывает: 29 апреля 1849 года Джинд Каур уже была в Катманду. До Непала ей пришлось проделать путь в сотни километров. Женщине, которую ещё недавно окружали придворные, пришлось буквально исчезнуть из собственной жизни.
Дочь смотрителя царских псарен
Начало этой биографии совсем не обещало трона.Джинд Каур родилась в 1817 году в Пенджабе. Её отец Манна Сингх Аулакх занимал при дворе Ранджита Сингха довольно скромную должность — заведовал царскими псарнями.
По преданию, именно он настолько красочно расписывал махарадже красоту и ум дочери, что Ранджит Сингх пожелал на ней жениться. В 1835 году восемнадцатилетняя Джинд стала одной из его жён.
Ранджит Сингх был человеком, вокруг которого к тому времени уже сложилась почти отдельная эпоха. Он объединил значительную часть Пенджаба и создал сильное государство со столицей в Лахоре.
Через три года после свадьбы Джинд родила сына — Далипа Сингха.А ещё через год Ранджит Сингх умер. Для молодой вдовы это означало не просто потерю мужа. Двор в Лахоре довольно быстро превратился в место, где короны переходили из рук в руки вместе с убийствами, заговорами и внезапными смертями.
Джинд с маленьким Далипом некоторое время жила в стороне от этой борьбы.
Но в 1843 году пятилетнего мальчика привезли в Лахор и объявили махараджей.Его мать больше не могла оставаться незаметной.
Пятилетний махараджа и мать, которая заговорила сама
Формально правителем был ребёнок, но фактически, как всегда бывает в подобных случаях, вокруг его трона немедленно началась борьба взрослых мужчин, каждый из которых считал, что лучше знает, что делать с Пенджабом. Джинд Каур быстро дала понять, что роль молчаливой матери при декоративном мальчике-махарадже её не устраивает.
Она обращалась к военным советам, участвовала в государственных делах, принимала придворных, разбиралась с финансами и постепенно стала регентом при сыне. В сикхских источниках сохранился её вопрос к военным: кто настоящий государь — Далип Сингх или те, кто управляет от его имени?Со временем Джинд отказалась и от обычной для придворных женщин закрытости: появлялась перед войсками, проводила заседания и открыто занималась политикой.
Для Лахора середины XIX века это была весьма заметная женщина.А вот для британской администрации, а ведь тогда Индия была частью Британской империи, царица оказалась крайне неудобной.
Один из британских чиновников писал, что именно она обладает в Лахоре решимостью и мужеством. Позднее тон изменился. Джинд стали изображать уже не как способную правительницу, а как опасную интриганку и соблазнительницу. В британской переписке за ней закрепилось прозвище «Мессалина Пенджаба» — отсылка к печально знаменитой жене римского императора Клавдия. Историки сегодня рассматривают эту кампанию в том числе как попытку политически дискредитировать женщину, которая не желала добровольно уходить в тень.
У неё отняли сначала власть, потом сына
После Первой англо-сикхской войны положение Джинд стало быстро ухудшаться. В декабре 1846 года она лишилась реальной власти: вместо неё при малолетнем Далипе появился регентский совет под контролем британского резидента.Но пока мать оставалась рядом с сыном, её влияние никуда не исчезало.
В 1847 году её удалили из Лахора и отправили в крепость Шейхупура. Девятилетнего Далипа оставили без неё.
Разлука разделила мать и сына на долгие годы. Джинд писала британскому резиденту Генри Лоуренсу, требуя вернуть ребёнка. Она напоминала: у Далипа нет ни отца, ни братьев, ни близких родственников, которым она могла бы спокойно его доверить.
Ответом стало ещё более далёкое изгнание.Сначала ее отправили в Бенарес (нынешний Варанаси), затем перевезли в крепость Чунар.Для Джинд борьба за Пенджаб постепенно превратилась в борьбу хотя бы за возможность увидеть собственного сына.
Крепость Чунар
Чунар стоит над Гангой примерно в сорока километрах от Варанаси.Сегодня это туристическое место с прекрасным видом на реку. Для Джинд Каур крепость была тюрьмой.За ней следили, её переписку перехватывали. Британская администрация подозревала махарани в связях с противниками британского контроля над Пенджабом.В 1848 году её перевели сюда окончательно.Драгоценности, принадлежавшие Джинд, были конфискованы. Сегодня часть вещей, связанных с ней, снова всплывает на аукционах и музейных выставках. Одно из её ожерелий — из изумрудов и мелкого жемчуга — сейчас выставлено в Кенсингтонском дворце. Его конфисковала Ост-Индская компания, а позднее украшение вернули семье после переговоров Далипа Сингха. Весной 1849 года охрана обнаружила, что пленницы больше нет.В одном из поздних пересказов говорится, что Джинд даже оставила после себя издевательскую записку: все замки и часовые не помешали ей выбраться.Чтобы остаться незамеченной, она сняла с себя всё, что могло выдать в беглянке махарани.
Из махарани — в служанку
Сикхская энциклопедия прямо пишет: из Чунара Джинд Каур бежала в Непал, переодевшись служанкой. У Уильяма Далримпла и Аниты Ананд в пересказе истории побега фигурируют лохмотья нищенки. Возможно, в пути она меняла одежду не один раз. Для женщины, лицо которой было хорошо известно британской администрации, это было вопросом не театрального эффекта, а безопасности.
Через десять дней после побега Джинд появилась в Катманду. Непальский премьер Джанг Бахадур Рана дал ей убежище — скорее из уважения к памяти Ранджита Сингха, чем из желания портить отношения с британцами. Махарани поселили в доме на берегу Багмати и назначили содержание.
На этом её жизнь не стала спокойной. За ней следила британская резидентура, непальские власти постепенно усиливали ограничения, а письма и контакты Джинд продолжали вызывать раздражение. В Непале она прожила около одиннадцати лет.
Мальчик, которого воспитывали совсем для другой жизни
Пока Джинд жила в Непале, её сын менялся до неузнаваемости.Сикхское государство прекратило существование. В 1849 году Пенджаб был аннексирован Ост-Индской компанией. Далипа лишили трона, а знаменитый алмаз Кох-и-Нур перешёл к британской короне.
Читайте также:
Глаз-алмаз: откуда у индийцев такая страсть к драгоценностям?
Почему знаменитые индийские алмазы считаются проклятыми?ИндияСвами22 июля 2024Мальчика воспитывали под британским надзором. Он принял христианство, позже уехал в Англию и оказался совсем в другом мире — рядом с королевой Викторией, британской аристократией, охотой, загородными поместьями.
Его мать всё это время оставалась в Непале. Они не виделись больше тринадцати лет.
Встреча спустя года
Когда наконец разрешили встречу, Джинд Каур было всего чуть за сорок.Но очевидцы описывали совсем не ту женщину, которой когда-то боялась британская администрация. Годы изгнания сильно подорвали её здоровье; к началу 1860-х она почти ослепла.В начале 1861 года мать и сын встретились в Калькутте.
Перед Джинд стоял уже не тот девятилетний ребёнок, которого у неё когда-то отняли, а взрослый молодой мужчина, проживший значительную часть жизни в Англии.Далип увёз мать с собой в Британию.Для махарани получилась весьма ироничная география судьбы: Лахор — Шейхупура — Бенарес — Чунар — Катманду — Калькутта — Лондон. Она вернулась к тем, от кого когда-то бежала.
В Англии ей вернули часть драгоценностей. Один из очевидцев вспоминал, как Джинд, получив свои украшения, с удовольствием надела жемчуг и изумруды.
В 1862 году художник Джордж Ричмонд написал её портрет. На нём нет ни служанки, бежавшей ночью из крепости, ни почти слепой женщины, измученной изгнанием. Перед нами на нем снова махарани. Именно этот портрет размещен в начале нашей статьи. А здесь более ранее изображение Джинд:
Последние два года
Джинд Каур умерла 1 августа 1863 года в Кенсингтоне. Ей было около 46 лет. Даже после смерти дорога домой оказалась сложной. Кремация в Британии тогда была запрещена, а разрешения сразу отвезти тело в Пенджаб семья не получила. Позднее Далип Сингх смог доставить останки матери в Индию для кремации.
В наши дни история Джинд неожиданно снова оказалась в том самом Кенсингтонском дворце, рядом с британской королевской историей.
В 2026 году там проходит выставка «Последние принцессы Пенджаба». Среди экспонатов — её портрет и украшения, принадлежавшие семье. То самое изумрудно-жемчужное ожерелье, которое когда-то конфисковала Ост-Индская компания, лежит теперь за музейным стеклом в Лондоне.
И все же, биография женщины, которой пришлось оставить царский двор и выбраться из британской крепости в одежде служанки, в музейную витрину всё равно помещается плохо.
Больше интересного в наших каналах:
